doklad_ec

Данный ресурс создан для публикации переводов частей из доклада Независимой Международной Миссии по исследованию конфликта в Грузии (Independent International
Fact-Finding Mission on the Conflict in Georgia).
Текст доклада размещён 30 сентября 2009 г. на официальном сайте миссии http://www.ceiig.ch/Report.html .
Уточнения к размещённым переводам принимаются в комментах, новые переводы (со ссылкой на соответсвующие фрагменты доклада) прошу высылать на почту s-gorokhov@narod.ru

The Conflict in Georgia in August 2008

1.) The result of armed confrontation is always human tragedy. After fighting has
ended there is a sad record of killings and other losses, of intense suffering, of dreams
and hopes that were shattered, in many cases forever. We do not know of any better way to
understand the root causes of the 2008 conflict in Georgia than through the minds of those
who took part and those who had suffered. We will come to know that all sides involved in
the conflict had their grievances, that their actions had origins in their experience and
memory, and that most of those taking part thought that what they did had to be done. In a
close look at the peoples´ motives we shall understand their aspirations, even when we are
not able to accept the means. Understanding the people will lead us to the facts. This
Report will try to give a fair and even-handed view of the actions taken by the sides to the
conflict, and their reasons as well as their consequences. Many of these will be critically
reviewed. Nothing, however, will touch upon our respect for either individual fates or the
aspirations of the peoples of the region, large or small. These aspirations were not the
decisive causes of the hostilities, as similar problems were peacefully solved elsewhere. It
was the way in which these problems were handled and sometimes exploited which paved
the way to armed confrontation. On this basis of respect and understanding, it is the
purpose of this Report to describe the events that occurred, so that conclusions might be
drawn for a safer future of the region and beyond.






2.) On the night of 7 to 8 August 2008, a sustained Georgian artillery attack struck the
town of Tskhinvali. Other movements of the Georgian armed forces targeting Tskhinvali
and the surrounding areas were under way, and soon the fighting involved Russian, South
Ossetian and Abkhaz military units and armed elements. It did not take long, however,
before the Georgian advance into South Ossetia was stopped. In a counter-movement,
Russian armed forces, covered by air strikes and by elements of its Black Sea fleet,
penetrated deep into Georgia, cutting across the country’s main east-west road, reaching
the port of Poti and stopping short of Georgia’s capital city, Tbilisi. The confrontation
developed into a combined inter-state and intra-state conflict, opposing Georgian and
Russian forces at one level of confrontation as well as South Ossetians together with
Abkhaz fighters and the Georgians at another. Such a combination of conflicts going on at
different levels is particularly prone to violations of International Humanitarian Law and
Human Rights Law. This is indeed what happened, and many of these instances were due
to the action of irregular armed groups on the South Ossetian side that would not or could
11
not be adequately controlled by regular Russian armed forces. Then another theatre of
hostility opened on the western flank, where Abkhaz forces supported by Russian forces
took the upper Kodori Valley, meeting with little Georgian resistance. After five days of
fighting, a ceasefire agreement was negotiated on 12 August 2008 between Russian
President Dmitry Medvedev, Georgian President Mikheil Saakashvili and French President
Nicolas Sarkozy, the latter acting on behalf of the European Union. An implementation
agreement followed on 8 September 2008, again largely due to the persistent efforts of the
French President. This successful political action stood in contrast to the failure of the
international community, including the UN Security Council, to act swiftly and resolutely
enough in order to control the ever-mounting tensions prior the outbreak of armed conflict.
Since then, however, with the exception of the establishment of an EU Monitoring Mission
(EUMM) and the Geneva talks, almost no progress has been made in the difficult process
of establishing peace and stability in the region. The situation remains tense and volatile,
and there are many who fear a resumption of hostilities.
------------------------------------------------------------------------
Конфликт в Грузии в августе 2008

1.) Результатом вооруженной конфронтации всегда является человеческая трагедия. После прекращения столкновений остается только печальный список убитых и других потерь, нечеловеческих страданий, мечтаний и надежд, которые были разрушены, часто – навсегда. Мы не знаем лучшего способа понять причины конфликта в Грузии в 2008 году кроме как посредством изучения (общения) тех людей, которые приняли в нем участие и пострадали в нем.
Мы придем, чтобы узнать, что у всех сторон, вовлеченных в конфликт, имелось свое недовольство, что причиной их действий были воспоминания и опыт, и что большинство принимавших участие думали, что они делают то, что должно быть сделано.

При ближайшем рассмотрении мотивов людей, мы поймем их главные желания, даже в тех случаях, когда мы не можем принять средства достижения этих желаний.
Понимание людей приведет нас к пониманию фактов. Это Заключение постарается дать честный и непредвзятый взгляд на действия сторон во время конфликт и причины действий, а также их последствия. Много из этого также будет критически пересмотрено. Однако ничто не умаляет нашего уважения ни к судьбам отдельных людей, ни к стремлениям народов региона, большим или маленьким.
Эти чаяния не были
решающей причиной боевых действий, так как аналогичные проблемы были решены мирным путем в других местах. Решающей причиной было то, как эти проблемы решались, а иногда и преподносились, что и положило начало вооруженной конфронтации.
Основываясь на этой базе уважения и понимания целью данного Заключения является описание случившихся событий, так чтобы выводы послужили для создания более безопасного будущего региона и за его пределами.

2.) В ночь с 7 на 8 августа 2008 года артиллерия Грузии, осуществляющая поддержку, осуществила арт.удар по Цхинвали. Другие передвижения Грузинской армии, имеющие целью Цхинвали и близлежащие районы были на подходе, и вскоре в борьбу включились Российские, ЮгоОсетинские и Абхазские вооруженные силы и военизированные подразделения. Однако, не прошло много времени, прежде чем прорыв Грузии в Южную Осетию был остановлен. В качестве обратного броска, Российские вооруженные силы, сопровождаемые авиацией и кораблями Черноморского флота, проникли глубоко на грузинскую территорию, перерезав главную трассу с востока на запад, достигнув порта Поти и остановившись недалеко от столицы Грузии - Тбилиси. Конфронтация развилась в комбинированную внутригосударственный-международный конфликт, приведя к конфронтации России и Грузии – на одном уровне, и Югоосетинских и Абхазских бойцов с Грузинскими – на другом. Такая комбинация конфликтов, идущих на разных уровнях, в частности, предрасполагает к нарушению Конвенции по Правам Человека и ______________. Именно это и случилось, и много было сделано именно благодаря действиям нерегулярных Югоосетинских вооруженных формирований, которые не контролировались или не могли контролироваться Российскими вооруженными силами. Затем другой театр военных действий был открыт в западной части Грузии, где Абхазские силы, поддерживаемые Российскими вооруженными силами, захватили верхнюю часть Кодорской долины, встретив минимальное сопротивление Грузии. После 5 дней войны, 12 августа 2008 года соглашение о прекращении огня обсуждалось между Российским президентом Дмитрием Медведевым, Грузинским президентом Михаилом Саакашвили и Французским президентом – Николя Саркози (последний действовал от имени ЕС). Соглашение, закрепляющее договоренности сторон, было заключено 8 сентября 2008, вновь благодаря существенным усилиям французского президента. Успешные политические действия последнего резко контрастировали с провалом действий международного сообщества, включая Совет Безопасности ООН, имевшим целью действовать достаточно быстро и решительно в целях контроля возрастающего напряжения до того, как вспыхнет вооруженный конфликт. Однако, с тех пор почти нет прогресса в трудном процессе установления мира и стабильности в регионе, за исключением размещения сил международного наблюдения ЕС (EUMM) и переговоров (разговоров) в Женеве. Ситуация остается напряженной и склонной к возникновению насилия, и слишком много таких, кто надеется на продолжение военных действий.

21.) When considering the legality of Russian military force against Georgia, the
answer needs to be differentiated. The Russian reaction to the Georgian attack can be
divided into two phases: first, the immediate reaction in order to defend Russian
peacekeepers, and second, the invasion of Georgia by Russian armed forces reaching far
beyond the administrative boundary of South Ossetia. In the first instance, there seems to
be little doubt that if the Russian peacekeepers were attacked, Russia had the right to
defend them using military means proportionate to the attack. Hence the Russian use of
force for defensive purposes during the first phase of the conflict would be legal. On the second item, it must be ascertained whether the subsequent Russian military campaign
deeper into Georgia was necessary and proportionate in terms of defensive action against
the initial Georgian attack. Although it should be admitted that it is not easy to decide
where the line must be drawn, it seems, however, that much of the Russian military action
went far beyond the reasonable limits of defence.

При рассмотрении вопроса о законности примененияРоссией военной силы против Грузии, ответ должен быть дифференцированным. Русский ответ на грузинское нападение может быть разделен на два этапа: во-первых, непосредственная реакция, чтобы защитить российских миротворцев, и во-вторых, вторжением в Грузию, российских вооруженных сил, далеко за пределы административной границы Южной Осетии. В первом случае, как представляется, нет никаких сомнений, что в случае нападения нароссийских миротворцев, Россия имеет право на
защиту их спомощью военных средств пропорционально атаке. Таким образом, использование Россиейсилы для оборонительных целей на первом этапе конфликта было бы законным.Второй вопрос, который должен быть установлен,это когда российская последующая военная кампания углубилась в Грузию - было ли это необходимым и соразмерным с точки зрения оборонительных мер против первоначальных действий Грузии. Хотя следует признать, что не просто решить, где проходит та черта, но,по-видимому,большая часть военных действий России
выходит далеко за рамки разумных пределов обороны.

20.) At least as far as the initial phase of the conflict is concerned, an additional legal
question is whether the Georgian use of force against Russian peacekeeping forces on
Georgian territory, i.e. in South Ossetia, might have been justified. Again the answer is in
the negative. There was no ongoing armed attack by Russia before the start of the
Georgian operation. Georgian claims of a large-scale presence of Russian armed forces in
South Ossetia prior to the Georgian offensive on 7/8 August could not be substantiated by
the Mission. It could also not be verified that Russia was on the verge of such a major
attack, in spite of certain elements and equipment having been made readily available.
There is also no evidence to support any claims that Russian peacekeeping units in South
Ossetia were in flagrant breach of their obligations under relevant international agreements
such as the Sochi Agreement and thus may have forfeited their international legal status.
Consequently, the use of force by Georgia against Russian peacekeeping forces in
Tskhinvali in the night of 7/8 August 2008 was contrary to international law.

На дополнительный правовой вопрос о том, оправдано ли применение Грузией силы против Российских миротворцев в Ю.Осетии - ответ отрицательный. Россия на Грузию не нападала по начала операции Грузией. Грузинское требование признать крупномасштабное присутсвие российских войск в Ю.Осетии до начала грузинского наступления с 7 на 8 августа не может быть принято комиссией. Также нельзя проверить утверждение Грузии, что Российские войска были на грани такого крупного вторжения, не смотря на то, что некоторые части были в непосредственной близости. Не существует также никаких доказательств того, что российские миротворцы вопиюще нарушали обязательства по соответсвующим международным соглашениям, таким как сочинское соглашение, что якобы исключало их международно-правовой миротворческий статус. Таким образом, использование силы Грузией против российских мировторческих сил в Цхинвали ночью с 7 на 8 августа 2008 г. является нарушениям международного права.

19.) There is the question of whether the use of force by Georgia in South Ossetia,
beginning with the shelling of Tskhinvali during the night of 7/8 August 2008, was
justifiable under international law. It was not. Georgia had acknowledged that the
prohibition of the use of force was applicable to its conflict in South Ossetia in specific
legally binding international documents, such as the Sochi Agreement of 1992 or the 1996
Memorandum on Measures to Provide Security and Strengthen Mutual Trust between the
Sides in the Georgian-South Ossetian Conflict. Even if it were assumed that Georgia was
repelling an attack, e.g. in response to South Ossetian attacks against Georgian populated villages in the region, according to international law, its armed response would have to be
both necessary and proportional. It is not possible to accept that the shelling of Tskhinvali
during much of the night with GRAD multiple rocket launchers (MRLS) and heavy
artillery would satisfy the requirements of having been necessary and proportionate in
order to defend those villages. It follows from the illegal character of the Georgian military
assault that South Ossetian defensive action in response did conform to international law in
terms of legitimate self-defence. However, any operations of South Ossetian forces outside
of the purpose of repelling the Georgian armed attack, in particular acts perpetrated against
ethnic Georgians inside and outside South Ossetia, must be considered as having violated
International Humanitarian Law and in many cases also Human Rights Law. Furthermore,
all South Ossetian military actions directed against Georgian armed forces after the
ceasefire agreement of 12 August 2008 had come into effect were illegal as well.

Существуют сомнения по поводу соответствия международному праву применение силы со стороны Грузии в Южной Осетии, начиная с обстрелов Цхинвали в ночь с 7 на 8 августа 2008 года. Такого соответсвия международному праву не было...
Даже если предположить, что Грузия отражала атаки,и т.д.в ответ на югоосетинское нападение на грузинские населенные
пункты в районе, в соответствии с международным правом,Грузинский вооруженный ответ должен быть
необходимыми и пропорциональными.Не возможно признать, что обстрел Цхинвали в течение большей части ночииз реактивных систем залпового огня ГРАД и тяжелой
Артиллерией удовлетворяли бы требованиям необходимости и соразмерности для защиты этих деревень. Как следует из незаконного характера грузинского военного нападения,- южноосетинские оборонительные действия в ответ соответствуют нормам международного правав условиях законной самообороны. Несмотря на это, любые операции осетинских сил вне отражения этих атак, в особенности их действия против этнических грузин в ЮО и за её пределами, должны восприниматся как нарушение международного гуманитарного права, а также прав человека. Более того, действия осетинских сил против Грузинских сил после прекращения огня 12.08.08 незаконны.

Здесь и нескоько постов далее - спасибо Володе.
14.) Open hostilities began with a large-scale Georgian military operation against the
town of Tskhinvali and the surrounding areas, launched in the night of 7 to 8 August 2008.
Operations started with a massive Georgian artillery attack. At the very outset of the
operation the Commander of the Georgian contingent to the Joint Peacekeeping Forces
(JPKF), Brigadier General Mamuka Kurashvili, stated that the operation was aimed at
restoring the constitutional order in the territory of South Ossetia. Somewhat later the
Georgian side refuted Mamuka Kurashvili’s statement as unauthorised and invoked the
countering of an alleged Russian invasion as justification of the operation.

страница 20, пункт 14) доклада:

Открытые военные действия начались с крупномасштабной грузинские военные операции против Города Цхинвали и прилегающих районов, начаты в ночь с 7 на 8 августа 2008 года.
Операция началась с массовых атак грузинских артиллерии. В самом начале операции Командующий грузинским контингентом, бригадный генерал Мамука Курашвили заявил, что операция была направлена на восстановление конституционного порядка на территории Южной Осетии. Несколько позднее Грузинская сторона опровергает заявления Мамука Курашвили, как несанкционированное иназвали противодействием предполагаемому вторжения русских в качестве оправдания операции.